Вдохновленный декабрьским подъемом политической активности в духе «Гаусс против Чурова», я решил обратиться к библиометрии и тоже изучить какие-нибудь политические распределения. Я начал со сравнения публикационной активности стран по Scimago JR и индекса развития демократии журнала The Economist. Ничего революционного не открылось, но результаты получились вполне показательные. Публикую здесь пару картинок.

Сначала я отобрал 70 стран-лидеров по числу публикаций и подсчитал для них темпы роста числа статей. Эти темпы я сравнил с уровнем демократии по Democracy Index 2006 (верхний рисунок)

по оси X – прирост числа публикаций с 2000 по 2010 годы, %
по оси Y – Democracy Index 2006.

Затем я посмотрел на взаимосвязь уровня демократии и средней цитируемости статей для тех же 70 стран (нижний рисунок)

по оси X – среднее число ссылок на статьи 1996-2010 годов.
по оси Y – Democracy Index 2006.

Россия отмечена красной точкой.

Вот что получилось:



«The most diverse social structures have provided some measure of support to science» — писал Роберт Мертон. Рекомендую его текст Science and Democratic Social Structure, кстати, изобилующий ссылками на журнал «Вопросы философии».

Еще по теме:
Dennis Overbye, Elevating Science, Elevating Democracy, The New York Times, jan 26, 2009.
Stephen Schneider, Is the “Citizen-Scientist” an Oxymoron? In Science, Technology and Democracy
Chris Toumey, Science and Democracy — Nature Nanotechnology 1, 6 — 7 (2006)